КАРТОЧКА ПРОЕКТА ФУНДАМЕНТАЛЬНЫХ И ПОИСКОВЫХ НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ,
ПОДДЕРЖАННОГО РОССИЙСКИМ НАУЧНЫМ ФОНДОМ
Информация подготовлена на основании данных из Информационно-аналитической системы РНФ, содержательная часть представлена в авторской редакции. Все права принадлежат авторам, использование или перепечатка материалов допустима только с предварительного согласия авторов.
ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ
Номер проекта 26-73-10071
НазваниеPd- и Co-катализируемые асимметрические превращения с участием P,N,N-тридентатных лигандов фосфитной природы
Руководитель Гаврилов Владислав Константинович, Кандидат химических наук
Организация финансирования, регион федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Рязанский государственный университет имени С.А. Есенина" , Рязанская обл
Конкурс №132 - Конкурс 2026 года на получение грантов РНФ по мероприятию «Проведение исследований научными группами под руководством молодых ученых»
Область знания, основной код классификатора 03 - Химия и науки о материалах; 03-203 - Химия координационных соединений
Ключевые слова Лиганды P,N,N-тридентатные, амидофосфиты, диамидофосфиты, 5-гидроксиметилфурфурол, катализ металлокомплексный, палладия комплексы, аллилирование асимметрическое, кобальта комплексы, алкинилирование асимметрическое.
Код ГРНТИ31.17.29
ИНФОРМАЦИЯ ИЗ ЗАЯВКИ
Аннотация
Актуальность проекта обусловлена острой потребностью в новых универсальных, эффективных и доступных "привилегированных" лигандах для асимметрического катализа, особенно с использованием неблагородных металлов, таких как кобальт. В связи с этим, целью работы является проверка фундаментальной гипотезы о том, что синергетическая комбинация ключевых структурных элементов в новом классе модульных хиральных P,N,N-лигандов позволит получить катализаторы с "привилегированными" свойствами. Ожидается, что это приведет к прорывным показателям энантиоселективности и конверсии, в том числе для сложных субстратов и нетривиальных превращений.
Ключевые инновационные элементы дизайна лигандов включают синергетическую комбинацию следующих компонентов:
• π-акцепторный амидофосфитный/диамидофосфитный донорный центр для устойчивости и высокой активности;
• гемилабильные азотные донорные центры, обеспечивающие динамическое управление каталитическим циклом;
• адаптивную P,N,N-тридентатную координацию, создающую предсказуемое хиральное окружение;
• модульный остов на основе ароматических фрагментов (в том числе производных возобновляемого HMF), что позволит проводить тонкую стерическую и электронную настройку, а также обеспечить связь с принципами "зеленой" химии.
В рамках проекта впервые будут созданы обширные библиотеки таких лигандов и проведено их систематическое тестирование в модельных и нетривиальных Pd- и Co-катализируемых реакциях. Основной задачей проекта является установление количественных корреляций "структура – координационное поведение – каталитическая эффективность". Научная новизна исследования заключается в целенаправленном создании принципиально нового класса хиральных лигандов, объединяющих указанные выше стратегические признаки в единой архитектуре, и в комплексном изучении их потенциала в катализе с участием палладия и кобальта. Практическая значимость проекта заключается в разработке новых высокоэффективных каталитических систем и доступных стратегий для синтеза ценных хиральных строительных блоков, в том числе с потенциальной биологической активностью. Таким образом, проект направлен на создание фундаментальной основы для рационального дизайна и практического применения хиральных катализаторов следующего поколения. Предлагаемый подход является принципиально новым и не имеет прямых аналогов. Совместное введение возобновляемого фуранового остова, π-акцепторного амидофосфитного/диамидофосфитного центра, гемилабильных N-доноров и адаптивной тридентатной координации в единую модульную платформу представляет собой уникальную методологию для создания "привилегированных" лигандных систем, направленную на формирование качественно новых, ранее не описанных свойств у катализаторов на основе как благородных, так и неблагородных металлов.
Ожидаемые результаты
В рамках работы по проекту для достижения поставленных целей планируется получение следующих научных и практических результатов:
(1) Конкретные научные результаты проекта.
• Будут наработаны в граммовых количествах исходные фураны, иминоспирты, аминоспирты, имины и гидроксиоксазолины, а также необходимые фосфорилирующие средства;
• с их участием осуществится синтез десяти групп неизвестных ранее P,N,N-тридентатных амидофосфитных и диамидофосфитных лигандов. Они будут характеризоваться синтетической доступностью, устойчивостью при хранении, способностью к эффективной очистке и модульным строением. Их химическая чистота составит не менее 95%, энантиомерная чистота – не менее 99%;
• планируется установление координационного поведения новых лигандов по отношению к палладию(II), а также кобальту(I) и (II), в том числе проявлений гемилабильности;
• для всех новых соединений будет реализовано систематическое получение данных современных физико-химических методов анализа и квантово-химических расчетов в рамках теории функционала плотности;
• будет осуществлено оптимизированное тестирование библиотек P,N,N-лигандов в Pd- и Co-катализируемых асимметрических реакциях аллильного замещения и алкинилирования с участием широкого круга субстратов и нуклеофилов, в первую очередь приводящих к продуктам с четвертичными С*-стереоцентрами. Для лучших каталитических систем планируется достичь более 90% ее при высоких степенях конверсии исходных субстратов. Будет оценено влияние на каталитическую эффективность структуры и пространственного строения, а также прогнозируемой гемилабильности P,N,N-тридентатных лигандов;
• с использованием комплекса современных инструментальных и квантово-химических методов будет дана интегральная оценка влияния особенностей строения и стереохимии металлокомплексных катализаторов на эффективность процесса асимметрической индукции (внутримолекулярной диастереоселективности).
(2) Научная значимость и соответствие мировому уровню.
Ожидается, что полученные результаты будут иметь существенное значение для дальнейшего развития асимметрического катализа. Установление количественных корреляций "структура – координационное поведение – каталитическая активность" для принципиально нового класса лигандов подтвердит гипотезу о синергетическом эффекте и заложит основу новой методологии рационального дизайна "привилегированных" лигандных систем.
К ключевым преимуществам проекта следует отнести:
• использование в качестве источников хиральности распространенных энантиочистых соединений, в первую очередь доступных аминокислот и (R,R)-винной кислоты;
• широкое применение в качестве строительного блока легко нарабатываемого из биомассы 5-гидроксиметилфурфурола (HMF);
• простота получения библиотек стабильных и модульных P,N,N-тридентатных амидофосфитных и диамидофосфитных лигандов;
• наличие у ряда лигандов и формируемых металлокомплексов асимметрических донорных атомов фосфора;
• оптимизированное применение новых хиральных индукторов в Pd- и Co-катализируемых энантиоселективных превращениях, в первую очередь "проблемных" и важных для практики;
• разработка новой реакции аллильного аминирования, значимой для химии хиральных α-аминофосфоновых кислот;
• применение гемилабильности в качестве инструмента влияния на знак и величину энантиоселективности;
• системное привлечение хиральных кобальтовых катализаторов;
• синергетическое использование комплекса современных инструментальных и квантово-химических методов;
• получение новых знаний в области фундаментальных закономерностей асимметрической индукции в металлокатализе.
Таким образом, предполагаемые результаты проекта соответствуют мировому уровню исследований, а по ряду позиций его опережают. Высокая вероятность успешной реализации проекта и достижения заявленных результатов обусловлена тщательно проработанной методологией, наличием у коллектива необходимых компетенций в области органического синтеза (в том числе в области химии фурана) и катализа, а также предварительными положительными результатами.
(3) Практическая значимость и потенциальные области применения результатов проекта.
Возможность практического использования ожидаемых результатов проекта в экономике и социальной сфере определяется широким кругом каталитических превращений, открывающих доступ к ценным биоактивным, в том числе фармакологически значимым хиральным соединениям: изоксазол-5(4H)-онам как стартовым соединениям в фармацевтической химии; α-аминофосфоновым кислотам, применяемым в качестве средств защиты растений, антибактериальных, противовирусных и противоопухолевых препаратов, а также ингибиторов ферментов; (R)-баклофену как антиспастическому препарату, используемому в качестве миорелаксанта, а также 3-замещенным 3-гидроксиоксииндолам как предшественникам терапевтических средств против рака, ВИЧ и нарушений роста. Использование энантиочистых лекарственных форм позволяет снизить необходимую дозу и системную токсичность, а также минимизировать побочное действие. Кроме того, это избавляет от расходов при получении ненужного изомера. Такая стратегия является реальной необходимостью для повышения качества терапии, обеспечения её безопасности и соответствия современным требованиям ВОЗ к мировым стандартам развития фармацевтической промышленности.
При этом в конце срока реализации проекта будут разработаны научные основы новых химически эффективных и экономически выгодных каталитических технологий получения прекурсоров для биоактивных, в том числе фармакологически значимых продуктов:
• обоих энантиомеров этил-(E)-1-(3-(арил)аллил)-2-оксоциклогексан-1 карбоксилатов (A) (Рис. 1), которые являются ключевыми предшественниками изоксазол-5(4H)-онов – важного класса гетероалициклических соединений, которые имеют
Рисунок 1. Практическое применение продуктов каталитических реакций.
успешное применение в тонком органическом синтезе и медицинской химии. Из-за наличия иминоподобной связи C=N, слабой связи N–O и фрагмента лактонного типа они представляют существенный интерес как универсальные химически активные строительные блоки. При этом исследование обширного потенциала этого класса гетероциклов началось относительно недавно. [1] Соединения, содержащие в своей структуре изоксазольное кольцо, демонстрируют очень широкий спектр биологической активности. Они используются как противосудорожные, противогрибковые и нематоцидные средства, анальгетики, антиоксиданты, противовоспалительные, антимикобактериальные и противовирусные препараты, а также как антагонисты андрогенов в терапии андроген-зависимых карцином. Кроме того, они нашли применение в лечении лейшманиоза и артрита. [2] Следует отметить их фотофизические приложения (например, в планарных волноводных усилителях, лазерах на органических красителях, светоизлучающих диодах и люминесцентных зондах) как оригинальных сопряженных донорно-акцепторных молекул. [3] Однако успешный каталитический асимметрический синтез энантиочистых (энантиообогащенных) изоксазолонов представлен единичными примерами, в основном из области органокатализа. [1,4] Значительный интерес представляет Ni-катализируемая реакция асимметрического аллильного алкилирования сложных эфиров β-кетокислот аллиловыми спиртами с последующим превращением ее продуктов в изоксазол-5-(4H)-оны. [5] Однако ее потенциал существенно ограничен высокой стоимостью используемых хиральных бисфосфиновых лигандов, а также нестабильностью и токсичностью предкатализатора Ni(COD)2;
• обоих энантиомеров диэтил(((1-арилаллил)амино)метил)фосфонатов (Б) как строительных блоков, дальнейшая модификация которых по двойной связи и (или) по активному α-метиленовому звену позволяет получать хиральные α-аминофосфоновые кислоты. Эти кислоты и их производные применяются в качестве средств защиты растений, антибактериальных, противовирусных и противоопухолевых препаратов, а также ингибиторов протеолитических ферментов. В частности, различия в путях синтеза изопреноидов у человека и у возбудителей опасных заболеваний (таких, как малярия, туберкулез, сибирская язва, чума, холера) служит основой для поиска антибиотиков совершенно нового класса. Естественным кандидатом на эту роль стал антибиотик природного происхождения фосмидомицин – единственный в настоящее время известный специфический ингибитор MEP-пути, и его производные, содержащие в α-положении аминогруппу. При этом биологические свойства α-аминофосфоновых кислот определяются абсолютными конфигурациями углеродных стереоцентров. Например, (S,R)-алафосфалин служит лучшим антибактериальным агентом, чем три других диастереоизомера, а (R)-(амино(3,4-дихлорфенил)метил)фосфоновая кислота проявляет более сильное ингибирование фенилаланин-аммоний-лиазы, чем ее S-энантиомер; [6]
• (R)-4-(1-нитробут-3-ен-2-ил)хлорбензола (В). Это соединение является ключевым прекурсором в тотальном синтезе (R)-баклофена – миорелаксанта, также применяющегося для лечения острых нарушений мозгового кровообращения. По фармакологическим свойствам баклофен (4-амино-3-(4-хлорфенил)бутановая кислота) представляет собой мощный липофильный аналог и стереоспецифический агонист γ-аминомасляной кислоты, которая играет важную роль тормозного нейромедиатора в ЦНС. [7] Продаваемое на рынке лекарство не является энантиочистым, а представляет собой рацемическую смесь, в которой (R)-баклофен отвечает за все фармакодинамические действия, а (S)-баклофен является балластным веществом. [8] Применение (R)-энантиомера баклофена вместо рацемической смеси имеет важные преимущества, поскольку позволяет снизить необходимую дозу и системную токсичность препарата. Существующие методы получения (R)-баклофена весьма разнообразны, [8,9] но не свободны от определенных недостатков и ограничений. Так, разделение через диастереомерные соли экономически невыгодно, поскольку минимум 50% продукта не является целевым препаратом. Кроме того, получение диастереомерных солей с их последующей кристаллизацией недостаточно эффективно из-за невысоких чистоты и выходов. Привлечение многостадийного синтеза сильно снижает выход конечного продукта и требует большого количества времени и реагентов, что приводит к увеличению стоимости и препятствует масштабированию процесса. Применение органокатализа сопряжено со значительными (до 30-40 мол. %) загрузками используемых катализаторов и сложностями с их отделением от целевых продуктов. Имеется пример Pd-катализируемого получения (R)-4-(1-нитробут-3-ен-2-ил)хлорбензола с выходом 83%, энантиомерной чистотой 96% и региоселективностью по целевому (разветвленному) продукту 87/13, [10] однако задействованные при этом лиганды SIOCPhox получаются путем сложного и затратного синтеза; [11]
• обоих энантиомеров 3-гидрокси-3-(фенилэтинил)индолин-2-она (Г) как исходных соединений при получении 3-замещенных 3-гидроксиоксииндолам. Последние демонстрируют множество потенциальных применений в медицине, включая противоопухолевую, ингибирующую моноаминооксидазу, анти-ВИЧ, антиоксидантную и антимикробную активность. Абсолютная конфигурация и заместители на полностью замещенном C3-стереоцентре оксииндола, как правило, существенно влияют на биологическую активность. Соответственно, эффективное построение полностью замещенных C3-стереоцентров оксииндола, стало актуальной задачей для новых синтетических методологий. [12]
(4) Конкурентные преимущества предлагаемого подхода.
Существующие методы получения вышеупомянутых хиральных прекурсоров не свободны от одного или нескольких недостатков: не обеспечивают требуемой энантиоселективности, не являются универсальными, предусматривают значительные количества катализаторов, основаны на длинных синтетических путях с низкой эффективностью, требуют использования жестких условий, а также токсичных и дорогостоящих реагентов и (или) растворителей.
Основными преимуществами новых технологий будут являться:
• привлечение распространенных аминокислот и гидроксикислот в качестве доступных источников хиральности; [13]
• несложное получение исходных органических соединений, в первую очередь исходя из HMF. Получаемый из биомассы, этот реагент является универсальным благодаря своей структуре, включающей альдегидную и гидроксильную группы, а также фурановое кольцо. Как следствие, HMF обладает высокой реакционной способностью и может быть преобразован в широкий спектр ценных производных; [14]
• возможность их прямого (без предварительной модификации) фосфорилирования, что приведет к целевым P,N,N-лигандам с высокими химическими выходами;
• присущие новым индукторам хиральности синтетическая доступность, устойчивость, модульное строение и невысокая стоимость (по предварительной оценке, в 30-35 раз дешевле коммерческих бисфосфинов фирм Strem и Merck) и, как следствие, легкость масштабирования их наработки до мультиграммовых количеств;
• экологичность благодаря использованию в каталитических реакциях пропиленкарбоната и 2-метилтетрагидрофурана как "зеленых" экономичных растворителей. Они практически не токсичны, получаются из возобновляемых источников (углекислого газа и растительного сырья, соответственно) и рекомендованы к использованию в фармацевтической промышленности в качестве безопасной и экологически чистой альтернативы стандартным органическим растворителям; [15]
• систематическое использование кобальта как распространенного и недорогого каталитически активного металла; [16]
• интеграция P,N,N-тридентатной координации, амидофосфитной/диамидофосфитной природы фосфорных донорных центров, модульного ароматического/гетероароматического остова и гемилабильности приведет к синергетическому эффекту, обуславливающему "привилегированные" свойства у новых стереоселекторов. Как следствие, будут обеспечены высокие асимметрическая индукция и каталитическая активность. Последняя позволит проводить процесс при низких загрузках катализаторов (0,025 - 0,05 мол. %) и значениях TOF > 2000 моль•(моль•ч)-1, что критически важно для удешевления процесса. Такая возможность в палладиевом катализе была показана для хиральных P,P-лигандов, в том числе фосфитных; [17]
• направленность, за счет оптимизации лучших каталитических систем, на высокие выходы (не менее 95%) и энантиоселективность (более 90% ee), а также снижение затрат на разработку, масштабирование и валидацию;
• возможность адаптации под потребности фармацевтического производства.
В целом, научная и практическая значимость проекта заключаются в создании новых подходов к получению высокоэффективных каталитических систем, а также разработке доступных методик для синтеза практически ценных продуктов и интермедиатов. Целевые хиральные соединения представляют непосредственный интерес для фармацевтической и агрохимической отраслей, в частности, в разработке новых оптически чистых лекарственных препаратов и средств защиты растений. Таким образом, результаты проекта будут способствовать развитию технологий асимметрического синтеза и могут лечь в основу новых или усовершенствованных технологических процессов.
1. S. Rieckhoff, J. Meisner, J. Kastner, W. Frey, R. Peters, Angew. Chem. Int. Ed., 2018, 57, 1404.
2. a) T. Ishioka, A. Kubo, Y. Koiso, K. Nagasawa, A. Itai, Y. Hashimoto, Bioorg. Med. Chem., 2002, 10, 1555; b) H. Kiyani, F. Ghorbani, J. Saudi Chem. Soc., 2017, 21, S112.
3. A. Mosallanezhad, H. Kiyani, Curr. Organocatal., 2019, 6, 28.
4. a) W.-T. Meng, Y. Zheng, J. Nie, H.-Y. Xiong, J.-A. Ma, J. Org. Chem. 2013, 78, 559; b) H. Zhang, B. Wang, L. Cui, X. Bao, J. Qu, Y. Song, Eur. J. Org. Chem., 2015, 2143; c) S.-S. Qi, Z.-H. Jiang, M.-M. Chu, Y.-F. Wang, X.-Y. Chen, W.-Z. Ju, D.-Qi. Xu, Org. Biomol. Chem., 2020, 18, 2398.
5. Y. Kita, R. D. Kavthe, H. Oda, K. Mashima, Angew. Chem. Int. Ed., 2016, 55, 1098.
6. a) N. S. Goulioukina, G. N. Bondarenko, S. E. Lyubimov, V. A. Davankov, K. N. Gavrilov, I. P. Beletskaya, Adv. Synth. Catal., 2008, 350, 482; b) M. Brzezinska-Rodak, M. Klimek-Ochab, E. Zymanczyk-Duda, P. Kafarski, Molecules 2011, 16, 5896; c) Q. Yao, C. Yuan, J. Org. Chem., 2013, 78, 6962; d) T. K. Olszewski, Synthesis, 2014, 46, 403; e) D. Kowalczyk, L. Albrecht, Chem. Commun., 2015, 51, 3981; f) Z. Yan, B. Wu, X. Gao, M.-W. Chen, Y.-G. Zhou, Org. Lett., 2016, 18, 692; g) A. Maestro, E. M. de Marigorta, F. Palacios, J. Vicario, Asian J. Org. Chem., 2020, 9, 538; h) V. K. Gavrilov, I. V. Chuchelkin, S. V. Zheglov, I. D. Firsin, A. A. Shiryaev, K. N. Gavrilov, A. V. Maximychev, A. M. Perepukhov, N. S. Goulioukina, I. P. Beletskaya, Mendeleev Comm., 2019, 29, 35.
7. О. L. Romanova, M. L. Blagonravov, M. A. Kislov, General Reanimatology, 2020, 16, 60.
8. P. Ramesh, D. Suman, K. S. N. Reddy, Synthesis, 2018, 50, 211.
9. a) P. Resende, W. P. Almeida and F. Coelho, Tetrahedron: Asymmetry, 1999, 10, 2113; b) I. J. Montoya-Balbás, B. Valentín-Guevara, E. López-Mendoza, I. Linzaga-Elizalde, M. Ordoñez and P. Román-Bravo, Molecules, 2015, 20, 22028; c) Y. Hayashi, D. Sakamoto, and D. Okamura, Org. Lett., 2016, 18, 4; d) RU2743999C2 https://patenton.ru/patent/RU2743999C2.pdf; e) EP 3674287A1 https://patentimages.storage.googleapis.com/bc/9b/ae/c080471df17963/EP3674287A1.pdf.
10. X.-F. Yang, C.-H. Ding, X.-H. Li, J.-Q. Huang, X.-L. Hou, L.-X. Dai, and P.-J. Wang, J. Org. Chem., 2012, 77, 8980.
11. S.-L. You, X.-Z. Zhu, Y.-M. Luo, X.-L. Hou, and L.-X. Dai, J. Am. Chem. Soc., 2001, 123, 7471.
12. a) S. Peddibhotla, Curr. Bioact. Compd., 2009, 5, 20; b) S. Mohammadi, R. Heiran, R. P. Herrera, and E. Marques-Lopez, ChemCatChem, 2013, 5, 2131; c) P. Brandao, A, J. Burke, Tetrahedron, 2018, 74, 4927; d) Z.-Y. Cao, F. Zhou, and J. Zhou, Chem. Res., 2018, 51, 1443; e) J.-F. Chen and C. Li, Org. Lett., 2020, 22, 4686; e) H. Nazir,M. M. Naseer, Synlett, 2025; 36, 2684.
13. a) L. A. Paquette (Ed.) in Chiral Reagents for Asymmetric Synthesis, John Wiley and Sons, Inc., Hoboken, New Jersey, 2003; b) C. Kaya, K. Birgül, B. Bülbül, Chirality, 2023, 35, 4.
14. a) L. Hua, L. Linc, Z. Wua, S. Zhoua, S. Liu, Renew. Sust. Energ. Rev., 2017, 74, 230; b) K. I. Galkin, and V. P. Ananikov, ChemistryOpen, 2020, 9, 1135; c) Q. Huang, Y.-P. Tang, Z.-F. Zhang, Z. Wang and L. Dai, Chem. Commun., 2025, 61, 8960.
15. a) B. Schäffner, F. Schäffner, S. P. Verevkin, A. Börner, Chem. Rev., 2010, 110, 4554; b) C. J. Clarke, W.-C. Tu, O. Levers, A. Bro ̈hl, and J. P. Hallett, Chem. Rev., 2018, 118, 747.
16. a)) J. Zhang and W. Li, in Chiral Phosphorous Based Ligands in Earth-Abundant Transition Metal Catalysis, Ed. J. Zhang and W. Li, Elsevier, 2023; b) L. Susse and B. M. Stoltz, Chem. Rev., 2021, 121, 4084; c) Eю Joseph and Jю A. Tunge, Chem. Eur. J,. 2024, 30, e202401707.
17. a) M. Dieguez, O. Pamies, and C. Claver, J. Org. Chem., 2005, 70, 3363; b) Y. Zhang, J. A. H. White, E. Chong, S. Radomkit, Y. Xu, J. Liu, and J. C. Lorenz, Org. Process Res. Dev., 2023, 27, 1406.